Финал культового триллера «Семь» мог оказаться ещё мрачнее, чем мы привыкли. Дэвид Финчер собирался оборвать фильм сразу после рокового выстрела и оставить зрителей перед чёрным экраном. Но вмешались тестовые показы, студийные опасения и борьба за одну из самых знаменитых концовок в истории кино.Финал культового триллера Дэвида Финчера «Семь» (1995) и без того способен надолго испортить настроение. Но первоначально режиссёр собирался сделать его ещё более жестоким по отношению к зрителю.
По задумке Финчера, фильм должен был оборваться практически сразу после того, как детектив Миллз (Брэд Питт) стреляет в Джона Доу (Кевин Спейси). Никаких последующих объяснений, попыток осмыслить произошедшее и тем более эмоциональной разрядки. Только выстрел, темнота и продолжительный чёрный экран перед финальными титрами.
Идея заключалась в том, чтобы оставить зрителей наедине с произошедшим. Зло добилось своего, последний грех совершён, а дальше — пустота. Даже привычного кинематографического утешения не предусмотрено.
Однако на тестовых показах возникла проблема: сразу после завершения фильма в зале включали свет, уничтожая задуманный режиссёром эффект. Вместо гнетущей тишины и возможности переварить увиденное публика получала резкое возвращение в реальность. Реакция зрителей оказалась крайне негативной.
В результате концовку изменили. В окончательной версии после убийства Джона Доу мы видим последствия произошедшего, а фильм завершается закадровыми словами Сомерсета (Морган Фримен), который цитирует Эрнеста Хемингуэя: «Мир — прекрасное место, и за него стоит бороться». После чего добавляет: «Со второй частью я согласен».
Кстати, вокруг финала «Семи» развернулась и другая, куда более масштабная битва. Студия New Line Cinema опасалась настолько мрачной развязки и пыталась добиться изменений сценария. Однако Финчер и Брэд Питт настояли на сохранении главного сюжетного поворота — содержимого той самой коробки.
В итоге «Семь» получил один из самых беспощадных финалов в истории голливудского триллера.
Правда, кажется, что первоначальная идея Финчера могла сработать ещё сильнее. Представьте: выстрел, чёрный экран, тишина. И никакого Моргана Фримена, который хотя бы словами пытается убедить вас, что за этот мир ещё стоит бороться.
// Настоящее кино
